T (044) 235 94 95
Поиск
Generic selectors
Exact matches only
Search in title
Search in content
Search in posts
Search in pages
Filter by Categories
Блог
25.02.2019
Интервью Александра Остапенко (архитектурное бюро 3D-project) бренду DAVIS CASA. Часть 1

Архитектор Александр Остапенко о том, что его привлекает в профессии, о своем опыте проектирования зарубежом, о мечтах и планах.

А. О. — Александр Остапенко — Руководитель архитектурного бюро 3D-project.
Ф. Е. — Фаина Еренбург — Арт-директор бренда DAVIS CASA.

Ф. Е. Я знаю, что ты профессионал с большим опытом работы в архитектурном проектировании и дизайне интерьеров. Расскажи, как все начиналось?

А. О. Начиналось все практически случайно. Несмотря на то, что мои родители — архитекторы, мы никогда не говорили об архитектуре, как о моей будущей профессии. С детства я увлеченно занимался спортом и за год до поступления в ВУЗ понятия не имел, куда идти.

Мамины коллеги предложили: приводи его к нам на подготовительные курсы в ДИСИ. Я пошел на курсы, загорелся, стало получаться и в 1990 году поступил на архитектурный факультет. Период учебы вспоминаю с удовольствием

Ф. Е. Ты закончил архитектурный факультет в ДИСИ?

А. О. Да, специализация градостроительство. Диплом был очень интересный. Тема, которая вновь актуальна для нашего города — Театральный бульвар, пешеходная зона и все, что с этим связано.

Ф. Е. После института ты работал в частных компаниях или в проектных институтах?

А. О. По-разному: я поработал у Н. Гуркова, в его мастерской при Союзе Архитекторов. Потом уехал в Москву, работал в проектном институте Моспроект-2, а затем вернулся, и работал у В. Козлова.

В Моспроекте я участвовал в крупных проектах и получил неоценимые практические знания по проектированию общественных объектов, а у В. Козлова был опыт работы с частными объектами.  Также я работал в архитектурных мастерских у А. Плосконоса, у А. Филиппова. Первый объект, который я сделал самостоятельно — это был салон по продаже светильников, потом возникли другие заказы.

Ф. Е. Не страшно было уходить на свои хлеба? Ведь это не только архитектура, но и менеджмент, и еще много всего.

А. О. Это происходило постепенно, работал параллельно над разными проектами, но персональных заказов становилось все больше, стало понятно, что уже не справляюсь и там, и там, и тогда начал работать самостоятельно.

Ф. Е. Ты начинал свой бизнес в одиночку или это сразу была мастерская?

А. О. Я работал один.

Ф. Е. Ты по-прежнему один или у тебя в штате есть люди?

А. О. В данный момент я не содержу штат как таковой, но у меня есть проверенная команда — люди, с которыми я работаю постоянно.

Ф. Е. Я знаю, что ты готов браться за объекты любой сложности и в любом стиле. Если бы тебе поставили задачу построить настоящий классический особняк? Ты бы сумел построить, к примеру, особняк в стиле модерн начала ХХ века?

А. О. Да, мне было бы интересно, думаю, я бы справился и квалификации бы хватило. Я не вижу ничего плохого в классическом стиле.

Ф. Е. Но осуждают не сам классический стиль, а то прочтение классики, которое мы видим на улицах наших городов.

А. О. Ну, лофты у нас бывают не менее отвратительными.

Ф. Е. Мы живем в современном мире, стоит ли сегодня делать какие-то классические реплики?

А. О. Реплики — нет. Но, если речь идет об объекте, размещаемом в соответствующей среде, то градостроительная ситуация и окружение могут продиктовать стилистику создаваемого объекта. Приведу пример с объектом в Вене. Заказчик купил здание XIX века, отселил оттуда, с большим трудом, какого-то графа, наследника. И решил перестроить это здание под апартаменты. Мы сделали квартиры в классическом стиле, добавив некоторые современные элементы, но мы сохранили архитектуру здания и его атмосферу.

Ф. Е. Хорошо, я поняла, что ты можешь это сделать. Ты знаешь классическую архитектуру, ее каноны, и понимаешь, как должен выглядеть классический интерьер. Если бы перед тобой была поставлена задача построить особняк в классическом стиле — будь это модерн или ампир, ты бы справился, потому что ты — профессионал. Но тебе было бы приятно заниматься таким проектом? Ты любишь это?

А. О. Это не совсем корректная постановка вопроса: любишь или нет? Мне ближе современная архитектура, но в тоже время мне нравится работать с тем, с чем не работает никто. Нравится решать задачи, которые сложно решить. Это касается как архитектурного проектирования в целом, так и возникающих инженерно-технических задач.

Ф. Е. На сегодняшний день существует много унифицированных инженерно-технических решений, которые применяют во всем мире, в интернете можно найти описания любых технологий. Ты просто используешь передовые технологии или же ты пытаешься привнести что-то свое?

А. О. Я внимательно слежу за инновациями и думаю над тем, как это можно использовать. Технологий много, но каждый объект — это конкретная ситуация, и нужно правильно применить то или иное решение. Или развить его, придумать вариант, который сработает в данной конкретной ситуации. Для этого нужно владеть и знаниями, и практическим опытом — одно без другого качественно не сработает. Пример из практики: апартаменты на первом этаже в многоквартирном доме, имеют открытую террасу. Заказчик ставит задачу: «Саша, придумай мне что-то, чего нет ни у кого. Я хочу выжать максимум из этих площадей». И мы придумали сделать на этой террасе зону барбекю и японские бочки, но только они же не могут стоять прямо на террасе — они занимают место, и вообще это неэстетично. Я придумал, как их спрятать.

Ф. Е. Японские бочки, это что-то связанное с парной?

А. О. Это специальные бочки с сопутствующим оборудованием. Одна с горячей водой, а другая — с холодной, для контрастных процедур. Проблема была в том, что мы не могли просто закопать их в землю, нужно было обеспечить доступ для их технического обслуживания и обезопасить пребывание детей на террасе. В результате появился раздвижной пол с техническим помещением под ним — решение было достаточно сложным в реализации, но результатом заказчик доволен.

Ф. Е. Но как вообще тебе в голову пришла эта идея с японскими бочками? Ты знал, что он увлекается здоровым образом жизни?

А. О. Да, идея была рождена совместно с клиентом.

Ф. Е. На сегодняшний момент что важного следует знать заказчикам о твоей архитектурной мастерской?

А. О. Я практик, имеющий опыт реализации своих собственных объектов. Мы предлагаем своим клиентам не только знания в сфере проектирования и дизайна, но и самое важное — позитивные эмоции!  Бытует мнение, что ремонт — это страшно, что ремонт нужно пережить, это так ужасно и так тяжело. Но я стараюсь снять с заказчика все вопросы, связанные со строительством, убрать из этого процесса весь негатив.

Ф. Е. То есть ты выступаешь как генподрядчик?

А. О. Генпроектировщик, генподрядчик и управляющая компания, которая снимает с заказчика все организационные вопросы. Зачастую заказчик приходит к нам до покупки объекта и мы делаем анализ, после покупки объекта выполняется проект и в ходе строительства он приезжает еще два или три раза, а потом въезжает с женой и ребенком в полностью готовый дом.

Ф. Е.  При этом на тебя ложится ответственность за все, что происходит на объекте. За все технические решения, за технологии, за материалы и так далее. Это очень серьёзно, ты готов брать на себя такую ответственность?

А. О. Да, таким образом мы сделали два объекта в Греции, еще до войны мы реализовали такой объект для австрийского заказчика в Крыму, а сейчас завершаем подобный проект в Киеве.

Ф. Е. Опыт работы с зарубежными заказчиками всегда интересен. Есть мнение, что там все лучше — материалы, мастера и вообще все. Может это просто наш комплекс неполноценности? Ты сталкивался на объектах со строителями — австрийскими или греческими? Отличаются ли они от наших по уровню мастерства, есть ли разница или это миф?

А. О. Разница есть, после трех месяцев работы мы привезли в Грецию нашего прораба, а еще через два месяца — и наших строителей.

Ф. Е. То есть наши действительно работают лучше?

А. О. Однозначно. Местные строители не понимают наших требований качества строительства, зачастую не соблюдают технологию… У них отличные инструменты, действительно классные материалы, намного лучше, чем у нас.

Ф. Е. Получается, материалы — это не миф, а руки?

А. О. А руки должны быть нашими, потому что наши лучше соответствуют требованиям, предъявляемым нашими заказчиками.

Ф. Е. Не верится, что в Греции нет нормальных строителей, которые владели бы всеми технологиями. Просто, наверное, хорошие специалисты стоят очень дорого?

А. О. Это опыт из практики, который был у меня. Мое мнение на этот счет — у заказчиков там нет потребности в том качестве выполнения работ, какое есть у нас.

Ф. Е. Качество жизни, которое возникает после сдачи объекта, зависит от конкретных вещей. Вряд ли они связаны с внешней красотой или стеной, отштукатуренной до идеального состояния. Они связаны с грамотными инженерными решениями, с тем, насколько удобно все спроектировано, насколько учтены все  жизненные сценарии — вот что важно. Это в дальнейшем определяет, хорошо  там жить или нет.

А. О.  Именно! Есть вкусовые предпочтения, это одна сторона медали, а есть проектирование среды обитания. И здесь должны работать объективные критерии оценки, нельзя полностью руководствоваться критерием нравится/не нравится (к тому же этот параметр имеет свойство меняться).

Ф. Е. Оценка работы архитектора все же есть совокупность объективных и субъективных критериев. Профессионал понимает, что такое грамотное проектирование среды обитания, но дальше идут стилистические предпочтения. Если, например, в жюри архитектурного конкурса будет сидеть Марсель Вандерс, то победит один проект, а если Антонио Читтерио — совершенно другой, при прочих равных, ведь так?

А. О. Это длинный разговор, на тему объективной оценки работы архитектора и дизайнера, как и оценки любого искусства.

Продолжение следует…

Связь с нами




работаем над объектами

по всей Украине

салон davis casa

г. Киев, ул. Владимирская, 38 тел.: (044) 235 94 95, 494 27 22, 235 55 02, (050) 481 05 89, (050) 452 44 25

[email protected]
салон davis casa

г. Днепр, пр. А . Поля, 72 тел.: (0562) 36 10 04, (050) 362 69 40, (050) 481 83 93

[email protected]